Знамение любви в Перу

О. Михаил Томашек
францисканец, родился 23 сентября 1960 г. в дер. Ленкавицы (Польша). В возрасте 9 лет лишился отца. После окончания школы поступил в Начальную духовную семинарию францисканцев в Легнице. После окончания семинарии вступил в Орден Францисканцев, 1 сентября 1981 г. принес первые монашеские обеты. Окончил философско-богословский факультет в Кракове со степенью магистра богословия. Слжил в Польше, затем был послан в Анды, в Перу, в деревню Парьякото.
О. Збигнев Адам Стшалковски
францисканец, родился 3 июля 1958 г. в Тарнуве (Польша). После окончания школы в дер. Завада (Польша) учился в механическом техникуме в Тарнуве, работал механиком в Тарновце. Вступил в Орден Францисканцев, первые монашеские обеты принес 2 сентября 1980 г. Окончил философско-богословский факультет в Кракове и 7 июня 1986 г. стал священником во Вроцлаве. Работал в начальной духовной семинарии в Легнице. 28 ноября 1988 г. был отправлен в Перу, служил в Лиме и Моро, затем в дер. Парьякото.

Миссионеры в Перу знали, что на территории епархии Чимботе, в окрестностях деревни Парья-кото, действует группа террористов, носящая название "Народный вооруженный отряд". В феврале 1990 г. террористы убили двух иностранных инженеров, взорвали телефонную станцию и полицейский участок, но не тронули ни церковь, ни монастырь. Священники были предупреждены, что группировка начала действия против Католической Церкви и иностранных миссионеров, однако францисканцы о. Михаил Томашек и о. Збигнев Адам Стшалковски не прекратили своей пастырской деятельности и не уехали из страны. Все шло, как обычно. Вечером 9 августа 1991 г. была назначена встреча с молодежью в центре катехизации Парьякото, во время которой должна была состояться Месса, общая молитва и катехизация молодежи. Этот день избрали для нападения и террористы.

Описание того, что произошло в Парьякото, основано на свидетельствах очевидцев.

В пятницу 9 августа 1991 года во второй половине дня в Парьякото появились вооруженные террористы, кто-то из них приехал на грузовике, кто-то пришел пешком. Они останавливались у домов, стучали в двери.

Около 19 часов террористов с лицами, закрытыми масками, видели неподалеку от деревенской управы. Сестра Берта, направляясь в церковь, встретила перепуганную девушку, которая сказала ей, что в деревне - террористы. Обе они пошли в церковь на Мессу.

В ризнице с. Берта рассказала о террористах священникам и заметила некоторую тревогу в их поведении. Во время Мессы о. Збигнев часто смотрел на двери, а о. Михаил был задумчив. После того как о. Михаил прочитал Евангелие, о. Збигнев произнес проповедь о вере и доверии.

Сразу же по окончании Мессы многие перепуганные прихожане покинули храм, а священники и с. Берта совещались о том, что делать в сложившейся ситуации; некоторые пришедшие на катехизацию молодые люди боялись возвращаться домой. Решили продолжать встречу, как это и было запланировано. Другая монахиня, с. Люсия, организовала группу из тех, кто решил укрыться в монастыре.

Сестра Берта и о. Михаил начали пастырскую встречу с молодежью, а с. Люсия со своей группой пошла к дверям, но, открыв их, сразу же столкнулась с террористами в масках. Монахиня спросила их, чего они хотят. Один из них, стоявший впереди других, ответил: "Мы - ваши товарищи и хотим поговорить со священниками". Кто-то за его спиной произнес: "Мы хотим посмотреть на машины". Трое террористов стояли ближе к дверям, остальные, единой группой, - за ними. Все были молодые, худощавые, невысокие, скорее всего, жители высокогорий, все были вооружены старыми автоматами, на всех была одежда темного цвета и вязаные шапочки, закрывающие лица.

К ним вышел о. Збигнев, очень спокойный и решительный. Увидев его, один из террористов спросил: "Вы - священник?" О. Збигнев ответил: "Да, священник". Другой террорист отдал приказ: "Связать его". О. Збигнев молча подставил руки. Потом его спросили: "Сколько здесь священников?". "Двое", - ответил о. Збигнев. Тут же был отдан приказ найти второго священника. О. Михаил пришел сам, он тоже был спокоен. Террористы связали и его.

Следом за ним вышла с. Берта, которая стала задавать террористам вопросы: "Зачем вы связали священников? Что вы хотите с ними сделать? Почему вы их увозите?" Ей ответили: "Пожалуйста, не волнуйтесь, священники вернутся обратно, они нужны лишь для одного дела, а связывают их для безопасности".

Террористы открыли гараж и спросили о. Збигнева, откуда у священников машины.

- Это подарок нашего Ордена.
- Это подарок империалистов, подарок янки, - засмеялся террорист.
- Это подарок из Рима.
- Сколько вас тут всего? - прозвучал новый вопрос.
- Пятеро: два священника и три постуланта.
- Пусть придут постуланты.
- Нет, - очень решительно ответил о. Збигнев, - они же не священники. Священники - это только мы двое.
- Все равно пусть придут, - снова потребовал террорист.
- Нет, - снова решительно произнес о. Збигнев.

В третий раз приказа привести постулантов не последовало. Террористы удовольствовались подтверждением, что два священника - это "те самые, которые недавно приехали", и стали искать ключи от автомобилей, обыскивая строения центра катехизации. Один из них, самый агрессивный, кричал, требуя найти ключи. Трое террористов повели под дулами автоматов о. Збигнева и с. Берту в монастырь, чтобы забрать в келье о. Збигнева ключи от его машины. В келье внимание террористов привлек бинокль, и они попросили подарить его. Отец Збигнев молча кивнул головой, а потом предложил им забрать и футляр от бинокля.

Вернувшись из монастыря, они не застали о. Михаила, террористы увезли его. Сестра Берта протестовала и требовала ответить, где он. Вместо этого террористы приказали о. Збигневу сесть в машину, туда же проскользнула и с. Берта. Приехав к зданию деревенской управы, они увидели о. Михаила, сидящего во второй машине. Террористы посадили священников и монахиню в одну машину и в течение сорока минут беседовали с ними, объясняя причины ареста. Сестра Берта присутствовала при этом разговоре и пересказала его содержание.

Террористы, как приверженцы материалистического атеизма, испытывали непреодолимую ненависть к религии, считая ее "опиумом для народа". Они обвиняли священников в том, что те, проповедуя Христа, призывали к миру и совершали дела милосердия, в результате чего возродилась религиозная жизнь многих деревнях, не позволив развиваться движению народного сопротивления. Затем они объявили, что священники должны умереть, потому что они отупляют людей, слишком много говоря о мире и раздавая продовольственную помощь от империалистов, а также противодействуют делу революции.

После короткого, но бурного совещания террористы решили ехать в Кочабамба. Перед тем как уехать, они высадили с. Берту из машины, а потом забросали деревню бомбами и подожгли мост. Вместе со священниками был увезен и староста Парьякото Хустино Маса.

Около девяти часов вечера на дороге в Пуэбло Вехо была проведена поспешная казнь захваченных священников и старосты. Их уложили лицом к земле и расстреляли по очереди: сначала о. Михаила, затем старосту и последним о. Збигнева. О. Михаил и староста погибли от двух выстрелов в затылок, о. Збигнев тоже получил две пули: одну - в голову в районе уха, другую - в позвоночник, на его спине террористы вырезали надпись на испанском языке: "Так умирают прислужники империализма".

Затем террористы направились в горы и, встретив там старосту деревни Кочабамба, убили и его. Захваченные машины они подожгли и бросили на дороге.

Тем временем сестра Берта и сестра Люсия вместе с постулантами и молодежью молились, а кроме того, организовывали поиски похищенных священников. После полуночи в Пуэбло Вехо были найдены мертвые тела о. Збигнева Стшалковского, о. Михаила Томашека и старосты Хустино Маса. Сестра Берта в сопровождении двух молодых людей отправилась в город Касма, чтобы сообщить о случившемся епископу Чимботе. Около шести часов утра на место гибели священников прибыл епископ Луис Бамбарен. Тела погибших были перенесены в церковь, где совершилась Святая Месса, после которой тела были увезены в Касма для вскрытия.

В субботу в десять часов вечера была отслужена Месса, на которой присутствовали все священники и монахини епархии, а также пришли многие прихожане.

В воскресенье 11 августа, в 8.30 утра, в сторону Парьякото отправилась траурная процессия. Гробы с телами погибших везли на открытой машине, по дороге процессия часто останавливалась из-за того, что ее повсюду встречали жители селений, находившихся на пути в Парьякото. На лицах людей были слезы скорби, а в руках они держали цветы и транспаранты со словами о прощении, смирении и солидарности. Дух францисканцев расцвел на этой земле.

Дорога, которая в обычных условиях занимала час времени, была преодолена лишь за пять часов. Завершение пути было в Парьякото. Жители деревни не знали, что их священников еще раз привезут к ним, поэтому к прибытию траурной процессии они готовились в последний момент, спонтанно, дорога к церкви была устлана цветами, вдоль нее стояли люди с букетами, многие, особенно дети, плакали. Гробы были установлены в церкви, и всю ночь возле них молились прихожане. Погребальная Месса состоялась 12 августа, в ней участвовали епископы Луис Бамбарен и Хоск Гуррачага, более 60 священников со всего Перу, многочисленные монахини и прихожане. Мученики были похоронены в церкви: о. Михаил Томашек - справа, а о. Збигнев Стшалковски - слева от алтаря.

После похорон в Парьякото епископ Лимы Аугусто Варгаз Альзамора пригласил все духовенство Перу на торжественную Мессу в кафедральном соборе Лимы. Во время Мессы в соборе была установлена статуя св. Франциска Ассизского, у подножия которой была прикреплена табличка со словами святого, которые он произнес, узнав о гибели двух братьев ордена в Марокко: "Теперь я могу сказать, что у меня есть двое настоящих меньших братьев".